Школа водительского мастерства BMW работает с 2002 года. Наряду с традиционной подготовкой к сдаче экзаменов на права категорий А и В среди практических курсов можно встретить, к примеру, «Совершенный» и специальный женский «Зимний Lady Winter».
У московского метро и BMW, если разобраться, немало общего. К примеру, это литера M и платформа «Автозаводская». Вообще же, как оказалось, названия станций подземки и этапов обучения бээмвэшной школы перекликаются. Начальный курс — «Молодежная» или «Студенческая», городской — «Шоссе энтузиастов», зимний — «Коньково» или «Теплый стан». Всего в школе BMW семнадцать «остановок» — ступеней движущейся лестницы, вывозящей учащегося к вершинам водительского мастерства. Как ни странно, станции «Спортивная», которая работает в метро уже больше полувека, в схеме BMW до сих пор не было. Теперь «Спортивная» открылась и стала конечной — это самый сложный из предлагаемых бээмвэшниками курсов.
По метрополитеновской терминологии спортивный курс относится к станциям глубокого заложения: программа обучения состоит из трех уровней по 16 часов каждый. Первый — это отработка разгонов и торможений, использование загрузки и разгрузки осей. Второй полностью посвящен поворотам разной сложности, построению траекторий и соответствующим приемам торможения. Третий уровень, как и полагается, являет собой синтез первых двух, но отличается такой немаловажной деталью, как скорость, — теперь она максимальная. Впрочем, это не предел. Прошедшие последний этап могут не выходить из вагонов — следующая станция Нюрбургринг.
В качестве школьных парт на Ходынке используются заднеприводные седаны третьей серии с 218-сильными моторами и шестиступенчатыми «автоматами».
На кольцевой линии Нюрбургринга вчерашним школьникам шесть часов выделено на изучение трассы. Затем учеников ждет трехдневный уикенд под присмотром индивидуальных наставников. В их роли выступают призеры чемпионата Германии VLN, и сам шеф-инструктор школы BMW Дмитрий Соколов — один из них. Он уверен, что задал новой учебной программе «четкий автоспортивный прицел». Курс с Ходынки да на Северную петлю — для водителей не промах.
Восемь лет в автоспорте с постоянной практикой на Северной петле позволяют Дмитрию Соколову (слева) гнуть свою линию относительно преподавания и некоторых гоночных аспектов. В составе школы он и машинист и кондуктор.
Но до пересадки на «зеленую ветку» с переходом в Зеленый ад еще шесть дней пути. И значительную часть времени придется уделить науке замедления в нужном месте и до нужной скорости. Торможение по-гоночному — это все равно что дергать стоп-кран. Исключены все переходные процессы, никаких недожатых педалей или, того хуже, езды накатом, когда не нажато вообще ничего. На гоночной трассе у педалей есть только два положения, и оба — в полу. При разгоне вдавлен газ, при замедлении — тормоз. Единственно возможный способ делать все правильно — научиться тормозить левой ногой.
Спинку кресла — в вертикаль. Подушка сиденья не должна давить на ноги снизу — нарушится кровообращение, и конечности непременно затекут. Согнутый под 90 градусов локтевой сустав — оптимальный рычаг для передачи поступательных движений на руль.
Пассажиров метро в таких случаях предупреждают — платформа справа. Привыкшая отдыхать левая нога не хочет «выходить». Непослушную конечность на первых порах приходится учить как раз переходным процессам. Уж больно резко она давит на тормоз и так же резко его бросает. Инструктор между тем просит добиться плавности, четко выверенного рассинхрона. «Работай педалями не по отдельности, а так, словно между ними жесткая связь. Весы с чашами видел? Так и здесь — одна вверх, другая вниз. Давай», — Дмитрий Соколов не повышает голоса, советы по правильному выполнению упражнения он дает «глаза в глаза», сидя на корточках рядом с машиной. Весы. Одна педаль вверх, другая вниз... Кажется, чаша качнулась в нужную сторону... Понял! Ученик с силой хлопнул дверью, на стекле которой, кажется, мелькнула предостерегающая надпись: «Не прислоняться!»
Заднеприводный седан BMW 325i подходит для обучения почти идеально. Умеренная мощность мотора позволяет прочувствовать все тонкости разгонной науки без пафосного дрифта. От тяжеловатого руля с непривычки побаливают руки, но в плане информативности он работает образцово. Идиллию нарушает лишь «автомат»: полусекундные задержки при понижающих переключениях вынуждают «открываться» еще в зоне торможения.
Радиосвязь с диспетчером не работает — инструкторы школы BMW для общения с подопечными не используют рации. Бээмвэшники предпочитают корректировать процесс обучения тет-а-тет. «А как это происходит в других школах? — переспрашивает Соколов. — Езда по подсказкам вроде „меньше газу на дуге, распрямляем, распрямляем руль, теперь полный газ"? „Ну вот, получилось"? Получилось-то получилось. (Смеется.) Вот только у кого? На самом деле все гораздо проще: насколько ты честен с самим собой, настолько ты и быстр». Пожалуй, то же справедливо по отношению к прыгающим через турникеты.
Сброс газа — тормоз вниз — тормоз вверх — поворот руля — газ. Постепенно в действиях рук и ног появляется автоматизм. Еще через десяток кругов на гимнастику конечностей и вовсе перестаешь обращать внимание — все получается само собой. Получается ли? «На входе у тебя все отлично, но открываться нужно раньше, еще до апекса», — подбадривает инструктор, и на очередной виток отправляешься с еще большей концентрацией. Сброс газа — тормоз вниз!..
Положение ладони Дмитрия Соколова означает, что главная ошибка многих новичков — вход в вираж на разгруженных передних колесах. Первичное движение рулем нужно делать с роспуском педали тормоза, пока основная масса машины не «убежала» на заднюю ось. Промежуточный разбор полетов помогает вникнуть в причины ошибок по горячим следам.
В вагонах, везущих людей из дома на работу в центр, остановки объявляет диктор-мужчина. Говорят, голос отца-начальника психологически настраивает на труд. «Я хочу видеть капающую у вас изо рта слюну», — заявляет Дмитрий Соколов, имея в виду состояние полной отрешенности от происходящего, какое бывает у забывших себя пациентов-овощей. Пребывая в трансе, водитель управляет автомобилем на одной лишь моторике. Потому что на высокой скорости думать — значит ехать медленно. Пока глаза увидят, пока мозг переварит и даст команду рукам и ногам, — уйдет прорва времени. Цепочку надо сократить до связки «глаза — конечности». Одни видят, другие делают. По трассе ездить быстро можно только так. Квалифицированный гонщик по факту едет с выключенным мозгом.
Так и не дав ученикам истечь слюной в трансе, шеф-инструктор напоминает, что в процессе обучения думать все же необходимо. «Не бойтесь экспериментировать. Это всего лишь конусы, оранжевый пластик. Попробуйте пройти между конусами разными траекториями, и вы посмотрите на трассу другими глазами» — с этими словами Соколов садится в машину и нарочно допускает грубые ошибки. Примеру наставника следует ученик, по-своему истолковавший иной взгляд на траекторию, и умудряется наломать еще больше дров. «Ничего страшного, — снова присаживается на корточки Соколов. — Ты просто зашел слишком узко. Посмотри во-о-он туда. Видишь что-нибудь в воротах перед правым конусом? Там пусто. Вот! Значит, ничто не мешает зайти шире». Дмитрий садится за руль.
В каждой группе курса занимается по четыре водителя. Иначе донести до каждого гоночную истину будет просто невозможно, уверены инструкторы школы BMW. Уж не башни ли на заднем фоне навели их на эту мысль?
Первый уровень спортивного курса стоит 38 305 рублей, второй обойдется в 49 920, а третий влетит в 69 890. Каждый этап — это два дня по восемь часов практических занятий на Ходынке. Общая цена программы — 158 115 рублей. Но Дмитрий Соколов советует не покупать все сразу, а делать паузы между уровнями, чтобы мозг успевал переварить полученную информацию. «А вообще гонки — это баловство, — вдруг выдает шеф-инструктор. — На обычных дорогах все куда серьезней. Уровень водителей ниже, трафик непомерно выше, а зон безопасности, способных простить ошибку, нет. Поэтому спортивный курс у нас хоть и самый сложный, но не самый главный». И снова как в метро. На схеме московской подземки «Спортивная» тоже далеко не главная станция.
За кадром
Закончив экспресс-обучение, я сел в свою машину и медленно покатил в сторону редакции. Казалось бы, все должно быть наоборот. Больше знаний — больше газу. Но, поверьте, осознание процессов, происходящих с автомобилем на высокой скорости, ничуть не усиливает тягу к быстрой езде по дорогам общего пользования.
Источник: drive.ru